ОЧЕРЁДНОСТЬ ПОСТОВ
Сюжетные:
Горькая Правда или Сладкая Ложь? - Доминик
Сокрытые Тайны - Веста
Цена Дружбы - Кэтрин
A Casu ad Casum - Роберт
Правды не Переспоришь - Роберт
Беда Объединяет - Кира
Life is not a Bed of Roses - Виктория
Absit Invidia Verbo - Эмелин
The Consultation - Оливия
Поспешишь – Людей Насмешишь - Роберт
Между Светом и Тьмой - Тревин
По Счастливой Случайности - Теодор
Vampire Blood - Кира
The Shot - Бенджамин
Игра Слов - Шейя
Tongues of Flame - Гарри
Охота на Убийцу - Элен
Alea Jacta Est - Абигейл
Преступник Вооружён и Опасен - Гордон
Mad Party - Ален
Fitting Occasion - Роберт
Ugly Tricks - Веста
I’ll Kill You - Виктория
Je ne Comprends pas - Лавиния

Флэшбеки:
Братская Опека - Роберт
Not Me - Лавиния

Альтернативные эпизоды:
-

Rempet: New Story

Объявление

Острый ум форума


 Администрация:

Emeline Burke
Создатель и главный квестоплёт
Sebastian Arn
Главный информатор и реформатор форума
Sloan Lewis
Охотница за должниками, знает всё обо всех
Dominick Levinas
Главный покровитель вампиров, знаток матчасти
Leonel de Catald
Мистер придира, любитель обоснуя
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Рейтинг игры: NC-17
Система игры: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Жанр: городское фэнтези
Текущий год в игре: 2012



Мы Вконтакте

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Rempet: New Story » Воспоминания » The Memory


The Memory

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Действующие лица: Николас Карстен, Оливия Бруно
Место действия: выставочный зал
Время действия: 15.05.2012 | 22:58
Ситуация: вечер памяти
Описание: На вечере памяти Оливия заводит неожиданное знакомство.
Очерёдность постов: Николас Карстен, Оливия Бруно

0

2

Не было для Карстена ничего противнее современно искусства. Эти недоумки исковеркали это понятие, превратили его в мешанину сумасбродства, тупости, обнажённых тел и полного отсутствия фантазии. Николас бы с радостью открутил голову тому, кто придумал называть это искусством. Причём сейчас было такое время, что каждая свинья могла с поросячьей же гордостью называть себя писателем, музыкантом или вообще творцом. На самом деле все эти люди страдали графоманией, отсутствием вкуса и высокомерием. Первые два порока были непоправимыми – люди такими рождались, поэтому ничего уже с ними нельзя было сделать. Ну а спесь, какой бы она ни была, легко сбивалась.
Он сам не знал, что он здесь делает, в полном зале «любителей искусства», многие из которых даже ему на ужин не годились.
Карстен не считал, что Ханна Дюваль была новатором в области литературы. Она всего лишь тратила своё и чужое время, а также изводила тонны бумаги. Ничего на самом деле полезного она не делала.
А все эти книги, которые Дюваль пропускала в печать? Она хотя бы пару строк из них читала? Ник сомневался, потому что в таком случае этих книг бы мир не увидел, что было бы к лучшему.
Телефон, который пока ещё целёхонький лежал в его кармане, Ник перевёл на беззвучный режим, потому что он не любил, когда ему звонят. Эта штука вообще была бесполезным изобретением человечества.
«А вообще, что полезного они придумали? Кровь – и та была придумана не ими».
На лице Николаса, пока он ходил по выставочному залу, застыла брезгливая гримаса. Ему не нравилось находиться среди всех этих людей, и он не скрывал этого. Плевал он на всякие там приличия, если они предписывают ему притворяться, что он в восторге от этого свинарника.
«В пятнадцатом нужно было не на контакты с людьми идти, а превращать их в рабов!»
Политику Доминика Левинаса он никогда не одобрял, но и наперекор ему идти не осмеливался. Николас действовал очень осторожно и собирал под своим началом верных людей, которые за него перегрызут любому глотку и за него же и умрут. Его деятельность наверняка не ускользнула от внимания остальных вампиров, но Карстен не считал нужным спрашивать у них разрешения. Каждый волен делать то, что желает, а Ник желал власти, но её он заполучит другим способом, более долгим, но зато его метод обязательно сработает.
Ещё раз вздохнув от унылости всего увиденного им сегодня, Карстен уже собирался уйти и двинулся к выходу. Однако уйти у него не получилось, потому что на глаза попалась вызывающе одетая девушка. Она была в его вкусе – хорошенькая, несмотря на килограммы косметики на лице. И блондинка. К светлым волосам Николас вообще питал известную слабость.
- Любите книги? – спросил он, подходя к ней. – В моём доме собрана огромная коллекция книг, отличных от тех, которые предлагают современному читателю.
Николас откровенно разглядывал блондинку, очень живо представляя себе, что скрывает одежда. Он бы с удовольствием сорвал с неё эти тряпки, проводя руками по нежной и гладкой коже, впиваясь в тонкую шейку и вдыхая при этом её аромат, который Карстен чувствовал даже на расстоянии.
Он сглотнул, не давая инстинктам разрушить его игру. Как хищнику, ему нравилось поиграть с жертвой перед тем, как приступить к трапезе. Процесс охоты возбуждал, и в удовольствии себе Ник редко отказывал.

+4

3

Вечер памяти был довольно унылым событием, но здесь можно было встретить полезных людей. Будучи человеком искусства, подобные мероприятия Бруно старалась не игнорировать. Она должна была быть на людях, чтобы о ней помнили. Одного таланта было мало, чтобы удержаться в мире искусства, ведь он был очень жесток.
Оливия тщательно скрывала свою скуку и делала вид, что чувствует себя в своей тарелке. Она мило улыбалась, когда с ней здоровались, принимала скорбный вид, когда кто-то говорил о Ханне Дюваль, поднимала бокалы в её честь, но пила не очень много.
Она приметила одного писателя, с которым хотела бы познакомиться поближе. Не для отношений, а для совместной работы – Оливия задумала новый проект, и ей была нужна консультация.
Любите книги? – услышала она, когда уже начала прокладывать себе путь к тому писателю. – В моём доме собрана огромная коллекция книг, отличных от тех, которые предлагают современному читателю.
Оливия не сдержала усмешки, когда всё это услышала, но всё же остановилась. Просто хотелось посмотреть на того, кто был столь прямолинеен.
Вообще-то, Оливия любила мужчин, которые чётко знали, чего они хотят, но всё также зависело от её настроения. Она могла ответить, а могла и повести себя абсолютно непредсказуемо.
Блондин, стоящий перед ней, не был первым красавцем империи, но что-то в нём было. Бруно всё никак не могла понять, в чём его шарм, но развернуться и гордо уйти теперь не могла. Он вызвал в ней интерес.
И глаза у него были красивые, хоть и холодные, наверняка свидетельствующие о нраве этого парня.
Позвольте уточнить, – насмешливо произнесла Оливия, – вы делаете мне предложение или заботитесь о моём культурном просвещении?
Ну разумеется, Оливия и не думала, что этого самонадеянного парня волнует чьё-то образование. Она видела желание в его глазах и – чего скрывать – ей оно нравилось.
Бруно не была из тех девушек, которые ведут монашеский образ жизни и только и мечтают выйти замуж, чтобы быть верной и преданной женой. В жизни у неё были свои цели, а замужество занимало в этом списке последнее место, но это не значило, что она должна была отказывать себе в удовольствии.
Не хочу вас обидеть, но вы не выглядите как знаток искусства, – добавила Оливия с ещё большей насмешкой.
Она поправила выбившуюся прядь волос и улыбнулась парню.
Создавалось странное ощущение, когда она находилась рядом с ним. Он не казался очень сильным, но от него исходила угроза. От него веяло какой-то опасностью, и это привлекало Оливию ещё сильнее. Простые и ничем не выделяющиеся из толпы парни ей перестали нравиться давно, а вот загадочные, полные тёмного очарования…
«Это будет интересно».

+2

4

Не хочу вас обидеть, но вы не выглядите как знаток искусства.
Не стоит судить по внешности, – доброжелательно заметил Николас. – На самом деле, я очень много знаю об искусстве и о том, как о нём нужно рассуждать. Так, например, я почти уверен в том, что Ханна Дюваль не заслуживает тех почестей, что ей воздают.
Николас не боялся говорить плохо о мертвецах, потому что он знал, что мёртвые с ним точно не заговорят. Для этого нужно было быть медиумом, а он, к счастью, был вампиром.
Если бы он так же, как и эта блондинка, судил по внешности, то давно бы пришёл к выводу, что она тоже не похожа на любительницу литературы. Он бы, скорее, причислил её к какому-нибудь популярному, но тупому и абсолютно бессмысленному молодёжному течению. Сейчас молодёжь забивала свои головы всякой дрянью: ужасной музыкой, шаткими и сомнительными идеалами и нелепому подражанию звёздам.
Пока Карстену было сложно определить, относилась ли его новая знакомая к такой молодёжи, или чем-то отличалась. Если да, то у неё появится шанс уйти от него живой. Может быть, через некоторое время он её найдёт.
Меня зовут Николас, – представился он.
Некоторым людям была известна его фамилия, потому что они уже имели с ним дела. Ник сомневался, что это милое блондинистое создание что-то о нём может знать, но решил перестраховаться.
Я бы познакомил вас с моими интересами, – откровенно сказал Карстен. – И показал бы вам, в чём именно я сведущ настолько, что могу получить степень доктора, если бы такая существовала в этом направлении.
Уловив интерес в глазах блондинки, Ник решил подлить масла в огонь:
Если, конечно, вы не боитесь.
Эту фразу он прошептал, наклонившись к ней.

+4

5

Оливия Бруно была не из тех девушек, которых называют скромницами, да и девственницей она не была уже больше четырёх лет, поэтому не строила иллюзий и прекрасно понимала, что может понадобиться мужчине от хорошенькой молоденькой девушки. Разглядывая блондина, Оливия подумала, что и сама была бы не прочь развлечься.
Если бы были живы её родители, они бы не одобрили такого поведения, но их не было, так что Бруно была сама по себе. Приёмные же родители до сих пор считали её маленькой девочкой, и она не спешила их переубеждать. Зачем зря травмировать добрых людей?
Не стоит судить по внешности. На самом деле, я очень много знаю об искусстве и о том, как о нём нужно рассуждать. Так, например, я почти уверен в том, что Ханна Дюваль не заслуживает тех почестей, что ей воздают.
От такого наглого заявления она даже хмыкнула.
Оливия и сама не очень скорбела о смерти Дюваль, но заявить на вечере памяти такое вслух…
«А он нравится мне всё больше и больше».
Бруно давно поняла, что «хорошие» парни и мужчины были скучными. Занудными до невозможности. Они, к тому же, были предсказуемыми и раздражающе назойливыми. Раз присосавшись к тому-то, они могли подолгу не отставать, и это порядком бесило.
Блондин был не из таких парней – Оливия могла определить это с одного лишь взгляда.
Меня зовут Николас.
Имя ей не понравилось. Оно было уж слишком простым для такого парня.
Я бы познакомил вас с моими интересами. И показал бы вам, в чём именно я сведущ настолько, что могу получить степень доктора, если бы такая существовала в этом направлении.
Мне нравится ваша прямота, – сказала Оливия не менее прямо.
Если, конечно, вы не боитесь.
А вы? – задала она вопрос. – Не боитесь звать к себе в дом таинственную незнакомку, которая может оказаться Нимос знает кем? Мне кажется, это вам стоит остерегаться.
Она хорошо разбиралась в людях и знала, как подобрать к ним «ключик». Николасу нравились непростые девушки, способные вынести его напор. Оливия была уверена, что она сможет.
На него она теперь смотрела с вызовом и лёгкой улыбкой.

Отредактировано Olivia Bruno (2017-08-18 14:22:03)

+4

6

- Мне нравится ваша прямота.
«А мне нравятся твои светлые волосы и твоё тело», - подумал Николас.
То, что поэтичные дураки называли внутренним миром, Николаса привлекало редко. Обычно его содержимое было таким отвратительным, что лучше было и не знать о нём. Вот уже несколько веков он воспринимал женщин как красивые оболочки. С ними приятно провести одну ночь, а потом забыть.
В общем-то, Николас мог забыть уже через пять минут.
- А вы? Не боитесь звать к себе в дом таинственную незнакомку, которая может оказаться Нимос знает кем? Мне кажется, это вам стоит остерегаться.
Услышав это заявление, очень близко граничащее с дерзостью, Ник тихо рассмеялся. Девочка и понятия не имела, с кем говорит. Если бы она знала, кто он, то поостереглась бы произносить такое.
Впрочем, её дерзость была очаровательной. Может быть, она и сохранит ей жизнь, в конце концов.
- Я ничего не боюсь.
Здесь Карстен лгал. Каждый чего-то боится, и даже вампиры. Помимо очевидного, был небольшой список событий, которые могут вызвать у него дрожь и ужас, но обсуждать вопросы своего страха с очередной хорошенькой блондинки не входило в планы Николаса. Женщины вообще были предназначены больше не для разговоров, а для постели.
- Раз уж мы со всем разобрались, думаю, пришло время покинуть это ужасное, отвратительное место.
На последних словах Карстен брезгливо сморщился, будто и в самом деле находился не в роскошном выставочном зале, а в самом что ни на есть свинарнике.
Девочек по необходимости ему привозили прямо на дом, но довольно часто у Карстена возникало желание самому поучаствовать в процессе охоты. Он будоражил кровь. К тому же, Николасу нравилось время от времени притворяться обаятельным парнем, который даже помыслить ни о чём плохом не может. Ему это нравилось, потому что доставляло великое удовольствие затем наблюдать, как рушатся представления других людей. Ему нравилось шокировать.

+5

7

Я ничего не боюсь.
Все чего-то боятся, – резонно возразила Оливия.
Она не верила людям, которые заявляли, будто из совершенно нечем запугать. На самого храброго человека в мире есть свой страх.
Бруно тоже много чего боялась, особенно после смерти родителей, но храбрилась и впоследствии смогла поверить, что не боится, что победила страх. На самом же деле он просто засел очень глубоко, и если кто-то станет однажды копать…
Раз уж мы со всем разобрались, думаю, пришло время покинуть это ужасное, отвратительное место.
Оливия была очень близка к тому, чтобы согласиться. Ей нравились такие парни, и она не беспокоилась о слухах, которые могут о ней пойти. Она также не боялась клейма гулящей девки, какой могли прозвать Оливию за образ жизни. Не имело значения, что о ней скажут окружающие. Но… в последний момент Оливия передумала.
Этот блондинистый парень выглядел слишком самоуверенно. Подойдя к ней, он рассчитывал на то, что ему не откажут. Несмотря на хилую наружность, он был очень привлекателен, и у него было какое-то необъяснимое очарование. Бруно почти ему поддалась, но сумела вовремя одуматься. Она не хотела становиться очередной его победой. Пусть хотя бы раз ощутит, что такое отказ. И, конечно же, поступая так, Оливия надеялась разжечь больший интерес в новом знакомом.
Я вдруг вспомнила, что есть некое самоуважение, – улыбнулась она. – Пожалуй, применю его к себе. Ну а вы попытайте счастья снова – уверена, уже совсем скоро вы встретите очередную дурочку, которая поверит вашим словам.
Она кивнула Николасу и ушла быстрыми шагами, избавляясь от соблазна вернуться.

0


Вы здесь » Rempet: New Story » Воспоминания » The Memory


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC